Rambler's Top100 Service
Коммерсантъ. Издательский домна главную...
Декабрь, 2007 № 12 (165)
искать...
 СЛОВО ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА 
ПААЕХАЛИ!
 НОВОСТИ 
ДАРЕНОЕ ДАРЯТ
 CAR & STAR 
СОЧИ, ГУДБАЙК!
 CAR & STAR 
ЦЕЛЬ ПОЕЗДКИ
 CAR & STAR 
ТРЭШ ОТ CARTUCH
 МУЖЧИНА И ЕГО МАШИНА 
ПО ПРОЗВИЩУ САВРАСКА...
 САЛОН 
СЯБУ–СЯБУ БУДУЩЕЕ
 КОНЦЕПЦИЯ 
MAYBACH 62 S LANDAULET
 ЛЮКС 
DODGE VIPER SRT–10 ACR
 НА ГАЗУ 
САНИ И ТЕЛЕГА В ОДНОМ ФЛАКОНЕ
 ОПРОС 
БОЛЬШАЯ ПЕРЕМЕНА
 РЕЙТИНГ АВТОПИЛОТА 
ЧИКИ–ПУКИ
 КАЛЕНДАРЬ 
MOTORCYCLE & SCOOTER SHOW
 КЛЮЧ 
ЗНАЙ НАШИХ
 ДАТЧИК 
СЛЕДИТЕ ЗА ДЕКАБРЬСКИМИ НАРОДНЫМИ ПРИМЕТАМИ
 СЧЕТЧИК 
ОЦИФРОВАНЫ, ОКОЛДОВАНЫ
 ИНТЕРНЕТ 
УГЛЕРОД–КРУГОВОРОТ
 АУКЦИОН 
ЖЕСТОКИЙ ЭВАКУАТОР
АВТООТВЕТЧИК
 РИНГ 
ЧЕШИРСКИЙ ГОД
 ТЕСТ ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА 
ПЛЕМЯ – ДЕНЬГИ
 ПРОЕХАЛИ 
ВСЕ ФЕРРАРИ ДЕЛАЮТ ЭТО
 ПРОЕХАЛИ 
КОД ВИСКОНТИ
 ПРОЕХАЛИ 
БЕЛЫЙ ШТОРМ
 ДЕСЯТКА 
ДЕСЯТЬ НЕГРИТЯТ
 ЗАГРАНИЦА 
ОБЛАКА В ШТАНАХ
 РОДИНА 
ПОХОД НА КРЕПОСТЬ
 МАРШРУТ 
АКАДЕМИЧЕСКИЙ ОТПУСК
 ФОТОБЛОГ 
КИЛОМЕТРЫ В ЧАТ
 STORY 
БЫЧОК ДЛЯ ХИППИ
 ЗАПАСКА 
ШОФЕР
 ФРИЛАНСЕР 
ХАЛЯВНОГО ОБЕДА НЕ БЫВАЕТ
 КАРАВАН 
ВРЕДНЫЕ ПРИВЫЧКИ
 ИНСАЙДЕР 
ВЕЗУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ
 БИЗНЕСС 
«РАКУШКА» ДЛЯ БУМЕРА
 КУЗОВ 
«ГОЛЬФ» НА ВЫДУМКИ
 МАТРИЦА 
ЛИГА ОДНОГО МОТОРА
 АКЦИЯ 
БЫСТРЕЕ ДЕДА МОРОЗА
 ПРОЕХАЛИ 
ТАНКОВАЯ ОХОТА
 ПРОЕХАЛИ 
АКТИВНЫЙ ГЛЮЧ
 ЭХ, ДОРОГИ 
БЕЗ ПОНТОВ
 КАРАВАН  ЗАПАСКА вниз...
ШОФЕР

Жители подмосковного Никольского частенько видели, как к одному из частных домов подкатывала «Волга» с красным крестом на борту. Но это не была «скорая» по вызову. Хозяин того дома был стар, однако отличался крепким здоровьем. Он-то, собственно, и ездил на этой «Волге». Что за груз он на ней возил, мало кто знал. Такие грузы обычно не афишируют. А вот давнее прошлое старика знали многие из местных. Знали, что когда-то он был знаменитым автогонщиком и бил всесоюзные рекорды. Что был персональным шофером большого начальника и чудом избежал репрессий. Что за свою богатую событиями жизнь успел поездить практически на всех марках автомобилей, какие только водились на 1/6 части земной суши с 20-х до 80-х годов. А также на многих из тех, что не водились. Ну, а для посторонних он был просто шофер.



Когда Бориса Удольского вместо того, чтоб расстрелять на Лубянке, отправили на испытательскую работу в НАТИ, он занялся доводкой трехосных тягачей. В снегах Карелии он испытывал ГАЗ-ТК – как ему сказали, машину для лесника. На самом деле это было шасси для пушки. Конечно, он это знал. Но держать язык за зубами он научился еще тогда, когда сам работал на Лубянке. Фото 1940 года.
КЛАССОВО БЛИЗКИЙ. Борис Алексеевич Удольский пришел в этот мир в августе 1903 года. В четырнадцать лет он поступил учеником слесаря на завод Рябушинских, после революции слесарил в Центральных автомастерских РККА, затем отправился на фронт в Сибирь, где получил ранение. К моменту его выздоровления Гражданская война закончилась, и парня... забрали в ГПУ. К счастью, не на отсидку, а на работу – как классово близкого. Он стал водителем быстроходного и почти бесшумного лимузина Pierce-Arrow, на котором одетые в черные кожанки люди с холодной головой, горячим сердцем и чистыми руками тихо заезжали по ночам в московские дворы – забирать классово неблизких. Вскоре, однако, бурная ночная жизнь Удольского сменилась относительно спокойной дневной – молодого шофера перевели в гараж наркомата обороны. И вот тут-то он, имея свободное время и доступ к разным машинам, начал раскрываться как весьма одаренный гонщик.
Борис Удольский дебютировал в автоспорте в 1925 году и сразу же заявил себя эдаким агрессивным лидером – на огромном и прожорливом восьмицилиндровом Fiat-519B он умудрился занять 1-е место в пробеге «на экономичность» по улицам Москвы. Дальше – больше.18 сентября 1927 года он участвовал в гонках на один километр с ходу на умопомрачительном 200-сильном «Бенце» с цепной передачей. Эта машина была обнаружена на автомобильном складе Реввоенсовета. И было известно, что именно на ней в 1913 году немецкий гонщик Хернер на верстовой дистанции под Петербургом развил 202,168 км/ч. Удольскому удалось выжать всего лишь 133,333 км/ч, но и это стало выдающимся достижением, если учесть, что «молодая была уже не молода». шины ее были латаны-перелатаны, а цепи склепаны из наименее изношенных кусков от цепей каких-то других механизмов.
После этого подвига Удольского охотно командировали практически на все более-менее заметные автоспортивные события страны. Скоростной пробег грузовиков АМО-Ф-15 «на проходимость"; гонки Москва – Ленинград – Москва 1928 года, Москва – Нижний Новгород – Москва 1929 года (у Удольского – лучшее время), Большой Северный автопробег 1929 года, пробег Москва – Крым – Москва 1932 года...
Особо отличился Удольский в 1936 и 1937 годах на зимних гонках Москва – Ленинград – Москва. В марте 1936 года впервые в СССР автомоторный комитет ВСФК затеял зимний скоростной автопробег из одной столицы в другую и обратно, посвященный очередному съезду ВЛКСМ; в акции участвовали четыре легковых автомобиля ГАЗ-А. Первым на финиш пришел Борис Удольский с напарником Николаем Макаровым, установив всесоюзный рекорд – экипаж преодолел 1413 км за 21 час 55 минут.
Примерно в те же времена Московский автомотоклуб при ЗИСе и Ленинградский автомотоклуб решили провести встречный скоростной безостановочный пробег на лично-командное первенство в зимних условиях. В команду каждого клуба входили четыре автомобиля с двумя сменными водителями на каждом. Запрещалось иметь какие-либо приспособления, повышающие проходимость машины, заправляться в пути горючим и смазочными материалами со стороны ("Все свое вожу с собой"), а также менять заводские регулировки любых агрегатов. Что интересно, перед этим пробегом советские гонщики-дальнобойщики впервые узнали, что такое тренировка. (До этого нормальным подходом к дальним пробегам считался такой: сел – поехал.) Главным тренером москвичей был назначен Удольский. Он провел с кандидатами на участие несколько отборочных поездок от Москвы до Вышнего Волочка и обратно, что позволило отсеять слабых и натаскать сильных. Сам главный тренер тоже участвовал в гонке, но показать себя во всем блеске ему помешало избыточное наличие гужевого транспорта на межстоличной трассе: отъехав от Москвы на 40 км, Удольский не сумел разминуться с подводой. Пришлось возвращаться в Москву, менять искореженное крыло (поскольку машины с явными повреждениями снимались с пробега) и в три часа ночи стартовать снова.
Все это создало Удольскому репутацию жесткого, бескомпромиссного бойца. Он выступал за команду автоклуба ЗИСа вместе с такими знаменитостями, как, например, Никитин и Пельтцер, а соперниками его были не менее знаменитые Клещев, Герель, Трусило.

1. Рядом с 1,2-литровым Opel 1936 года в городе Глинтов, Германия. Август 1945 года.
2. При полном параде. Лето 1977 года.
 

ЛЕГКО ОТДЕЛАЛСЯ. Но спорт, особенно армейский, в те времена – это всего лишь хобби. А работу никто не отменял. Борис Удольский трудился персональным водителем большого советского начальника – Иннокентия Халепского, который в разное время заведовал в Красной Армии связью, военно-техническим обеспечением, моторизацией и механизацией, автомобилями и т.п. и в конце концов дорос до чина наркома связи СССР. Сначала Удольский возил Халепского на роскошном итальянском автомобиле Isotta-Fraschini, тип 8А. Высшие советские военачальники, любившие пофорсить друг перед другом, меняли машины как перчатки; эта их блажь позволила Удольскому вдоволь поездить на лучших автомобилях мира. Красавица «Изотта» еще не успела состариться даже до первых морщинок, а ее уже сплавили в какой-то дальний военный округ. Халепский урвал себе (а значит и Удольскому) Franklin 1929 года выпуска с двигателем воздушного охлаждения, потом были Cord L-29, Packard 8, Lincoln, Duesenberg...


3. За рулем семиместного туринга Franklin 1929 года у Кремлевской стены. 1930 год.

4. В трофейном Mercedes 500K 1936 года, подготовленном для отправки в СССР, Цвикау. Август 1945 года.
Удольскому особо запомнился поступивший в гараж наркомата обороны в начале 1931 года Cadillac с 16-цилиндровым мотором и кузовом Fleetwood, именуемый в рекламе «всепогодным фаэтоном». То было время, когда на мировом рынке автомобилей высшего класса безраздельно господствовали американские марки; конкретно эта машина была последним писком моды. А досталась она Халепскому/Удольскому так. Отдел сбыта компании Cadillac в 1930 году организовал в Европе передвижную выставку-продажу самых дорогих и престижных автомобилей с двигателем V16. Несмотря за заоблачные цены на эти шедевры, американцам удалось набрать около семидесяти заказов. Из них: 11 – в Берлине, 12 – в Мадриде, 4 – в Копенгагене, 5 – в Стокгольме, 6 – в Париже, 14 – в Антверпене, 2 – в Лондоне. Что поразило продавцов, один заказ заочно поступил из Москвы. Европейская пресса, не сумев вычислить имя заказчика (а его и нельзя было вычислить, поскольку заказ был не от частного лица, а от какого-то «госторга"), написала наобум, что машину прибрел «один очень скромный москвич, пожелавший остаться неизвестным». В СССР этого московского скромнягу знали очень хорошо – это был Клим Ворошилов. Роскошную машину брали персонально для него, но – кто б мог предположить такое – она ему чем-то не понравилась. И Ворошилов отдал Cadillac Халепскому.


1. Packard Twelve у дачи Клима Ворошилова. Лето 1936 года.

2. В 1924 году в гараж ГПУ поступил Fiat 60/90HP американской сборки.
Поначалу Борис Удольский был в восторге от чумовой 16-горшковой машины, однако скоро выяснилось, что она отличается весьма капризным характером и повышенной чувствительностью к качеству топлива. Регулировки всего и вся были сущим мучением; кроме того, от отвратительного советского бензина у «кадила» частенько случались несварение желудка и непроходимость кишечника. Двигатель часто глох в самых неподходящих местах (вот так военачальник Халепский пару раз опозорился на параде); отправляться на такой машине в дальние военные округа из-за полного отсутствия там бензина «экстра» было небезопасно. В общем, через два года Халепский взял себе 12-цилиндровый Lincoln, а капризное «кадило» засунули в дальний угол наркоматовского гаража и забыли о нем. Вспоминал только Удольский: «Эх, кабы не бензин... С хорошим топливом это просто король дороги».
Работа работой, но и спорт никто не отменял. На конец 30-х годов у Бориса Удольского были большие надежды. Во-первых, он замыслил установить новый рекорд СССР в гонке-километровке. Во-вторых, рассчитывал, что наша промышленность построит ему гоночную машину «Красная птица». которая будет лучше английской «Синей птицы» и на которой он сможет помериться силами с гонщиками буржуазных стран. Однако наполеоновским планам не суждено было сбыться. В 1937 году Иннокентия Халепского сняли с поста наркома связи СССР (отобрав, естественно, 12-цилиндровый фаэтон Packard, бывший в то время его «персоналкой"), арестовали, обвинили в шпионаже и год спустя (когда выбили у него показания на сотню других «участников заговора") расстреляли. Понятно, что ближайшее окружение бывшего наркома было выкошено под корень, но, что удивительно, лубянская коса прошла над головой его персонального водителя. Возможно, учли спортивные заслуги. Удольского всего лишь исключили из партии, убрали из гаража наркомата обороны и сослали в НАТИ, где до самого начала Великой Отечественной войны он занимался испытанием трехосных вездеходов. В общем, отделался легким испугом.


3. На Fiat-519B 1925 года Удольский установил три рекорда в пробегах «на экономичность» по улицам Москвы.
МИССИИ ВЫПОЛНИМЫ. «От Сталинграда до Берлина!» – помните такой лозунг? Так вот, для военного водителя Бориса Удольского это был вовсе не лозунг, а вполне реально пройденный маршрут. В конечном пункте этого маршрута Удольского «отсортировали» в некую шоферскую спецгруппу и направили в Цвикау для выполнения особой миссии. А именно – принимать, проверять, чинить, обкатывать, обеспечивать запчастями и отправлять эшелонами в СССР трофейные автомобили. (В данном случае слово «трофейный». понятно, касалось не только техники, захваченной у врага в бою; речь шла в том числе и о гражданских машинах, «позаимствованных» победителями у побежденных – но не будем придираться к терминам.) В рамках этой особой миссии была и совсем особая, деликатная подмиссия – присматривать машинки для советских начальников. Именно этим и было поручено заниматься Удольскому. Он обкатывал двухместный родстер Horch-855, приглянувшийся маршалу Рокоссовскому, затем открытый Buick 1937 года для гаража командующего Белорусским военным округом, потом двухместный Buick 1939 года для гаража Минобороны, несколько компрессорных «Мерседесов» для Лубянки... Обкатка – понятие растяжимое. Как в пространстве, так и во времени. Удольский целыми днями колесил по великолепным немецким автобанам и наслаждался жизнью.


4. На Cadillac V-16 (All Weather Phaeton) 1931 года Удольский возил крупного военачальника Халепского. Март 1932 года.

5. На «Волге» ГАЗ-22 Удольский возил афганский «груз 200» из московских аэропортов в морг госпиталя имени Бурденко. Никольское, апрель 1979 года.
Вернувшись в СССР после выполнения особой миссии, он поначалу вновь устроился в минобороновский гараж, а потом перешел в военный госпиталь имени Бурденко. В 1956 году был посмертно реабилитирован Халепский, и Удольскому предложили восстановиться в партии. Невероятно, но факт: Удольский отказался. Это был весьма смелый поступок.
На склоне лет Борису Алексеевичу пришлось выполнять еще одну миссию – весьма мрачную. После ввода в Афганистан «ограниченного контингента» советских войск в госпиталь имени Бурденко потянулся «груз 200» – цинковые гробы. Обязанностью 75-летнего водителя санитарной «Волги» ГАЗ-22 была перевозка «груза 200» из московских аэропортов в госпитальный морг.
Почти до самой своей смерти Удольский был полон энергии, крепок телом, статен осанкой и весьма активен. Несмотря на возраст, он участвовал во всех мероприятиях ветеранов автоспорта, был почетным, но реально действующим членом Рижского клуба антикварных автомобилей. А умер он так. Шел босиком по двору своего подмосковного дома и наступил на ржавый гвоздь, торчавший из какой-то доски. Рану обработал небрежно, нога распухла, самолечение усугубило проблему, и старик оказался в своем же госпитале Бурденко, но уже в качестве пациента. Врачи констатировали гангрену и потребовали немедленной ампутации ноги, но Удольский сильно заупрямился. Пока его убеждали, время было упущено, началось заражение крови, и в августе 1981 года Бориса Удольского не стало.
ТЕКСТ: АЛЕКСАНДР НОВИКОВ
ФОТО: АВТОРА И ИЗ АРХИВА БОРИСА УДОЛЬСКОГО
Ваша оценка:
Средний балл — 3,92
Всего показов страницы:   6404
RamblerРейтинг@Mail.ru
© 2000-2017 ЗАО "Коммерсантъ. "Издательский Дом"" , all rights reserved. Все права на материалы, размещенные на сайте kommersant.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, об авторском праве и смежных правах.