|
Больше всего на свете я боюсь ездить на машине.
|
Я боюсь сидеть на переднем пассажирском сиденье и однажды даже оторвал в машине своего товарища ручку на потолке. Три недели назад хирург Боткинской больницы почти по кускам собрал моего приятеля Макса, который разбился на мотоцикле, въехав в "Волгу". Водитель изделия Горьковского автозавода просто перестраивался себе из ряда в ряд так, как он привык, как это делает 80 процентов автонаселения нашей страны: крутанув баранку до отказа и не включая поворотник. У "Волги" теперь нет зада, у Макса нет селезенки и прозвища "безумный"; оно поменялось на "титановый" -- год в его берцовой кости будут жить два металлических штифта. Я поклялся своим домашним не ездить на мотоцикле по городу. Раз в три месяца, когда на сервисе меняют масло, я еду на метро, потому что это редкая возможность посмотреть на пешеходов не через лобовое стекло и отдохнуть от идиотов на колесах. С одним джентльменом я недавно очень крупно повздорил: ему захотелось продемонстрировать сидящим в салоне девушкам разгонную и тормозную динамику своего "320-го", и полчаса мы ныряли среди полуночных машин так, что желудок прилипал к позвоночнику. Кажется, я ему после этого посоветовал носить складной метр и каждый раз, когда ему захочется перед кем-то похвастаться, просто снимать штаны и доставать сантиметр. Советская школа вождения и, в особенности, манера езды, помноженные на количество машин, возводят передвижение по столице днем в ранг аттракциона типа "тарзанки". Я каждый день покупаю себе билет на этот прыжок по пути из дома на работу. Вот по забитой Пятницкой едет дамочка на новеньком Peugeot 406 с наклейкой на заднем стекле "Застрахована в компании "Три поросенка". Почти уверен, что на мосту через канал она, не посмотрев ни в одно зеркало, стремительно бросится через сплошную своей полосы занимать заветное место поближе к светофору. Притормаживаю -- так оно и происходит. Дамочка в очередной раз пожалела свою страховую компанию. Ничего, еще воспользуется. У Белорусской, в кишечнике брестских и грузинских, где от светофора к светофору все рвутся, как в "Формуле", а потом тормозят, как СУ-27, черная "Волга" ломится к поднявшему руку на обочине клерку, и водила, перегнувшись через пассажирское сиденье, договаривается о цене, в то время как за ним выстраивается хвост... И клерк по-прежнему стоит -- не договорились. Люди за рулем все чаще напоминают мне стадо озлобленных дебилов, которые сами себе портят жизнь. Ну, скажите, зачем выезжать на уже забитый машинами перекресток и стоять там, ждать "зеленого", а потом все равно сдавать задом, выслушивая мат-перемат в свой адрес в самом начале трудового дня?.. Когда стоишь в потной и вонючей пробке, стиснув зубы наблюдая, как козлы лезут на встречную, разное приходит в голову. Недавно я пришел к выводу, что автомобильное движение в Москве надо запретить. То есть запретить водителям в нем участвовать. Схема проста: на въезде в город машина подключается к компьютеру, водитель задает желаемую точку назначения, а дальше с рулем и педалями управляется автопилот: выбирает кратчайший маршрут, оптимальную скорость, соблюдает ПДД, паркуется там, где свободно. И пусть мне не говорят, что это ограничение свободы и т.п. -- ведь ездить по-человечески мы уже разучились. Я знаю, что сегодня это почти нереально, что стоит дорого и неизвестно, кто за это возьмется. Ну, а что еще с нами делать? А о чем вы думаете в пробке?.. Александр ФЕДОРОВ, Главный редактор. |