SPECIAL REPORT
Перевернув эту страницу, вы не рискуете ничем. Но те, кому мы посвятили эти
листы, сделали риск своей повседневной работой. Рано или поздно к нам приходит
как откровение та истина, что мир опасен. И тогда мы выбираем, что делать с
этой истиной: наступать или обороняться.
Наш Special Report - о тех, кто наступает. О том, что объединяет
спецназовца и журналиста, спасателя и каскадера. Даже когда опасность позади,
нет сомнений в том, что война, террор или просто несчастный случай лучше всего
наводят резкость на черту между жизнью и смертью. Но те, кто ходит по этой
черте, при первой же возможности обычно уходят в тень. Мы выводим их на
свет.
Переворачивайте страницу.
"А" - это группа крови
ДМИТРИЙ ПОПОВ ДМИТРИЙ НОВОКРЕЩЕНОВ (фото)
Если однажды вы увидите как Николай Васильевич Берлев подъезжает на своем
Jeep Grand Cherokee к обитым вагонкой воротам и открывает первую из тяжелых
дверей своего офиса, то ровным счетом ничего не изменится в вашей картине
жизни. Пожалуй, лишь благородная седина на висках и тяжелый взгляд насторожат
вдумчивого наблюдателя: что-то не так в этом "новом русском".
Николай
Берлев не любит слово "Альфа", считая его плодом журналистских изысканий. Он
говорит "группа А", а иногда - по привычке к военной точности -
"спецподразделение группа "А" при 7-ом управлении КГБ СССР". Но мы будем
говорить "Альфа" - ведь мы тоже успели привыкнуть к этому слову.
"Альфу" создали в 1974 году по указанию Андропова, и Берлев был одним из
первых ее бойцов, прошедших отбор. Таких набралось тогда 28 человек. Но особые
отношения этого человека и государства начались много раньше. Николай Берлев
начал свою карьеру с... Кремля, а именно - с "поста номер 1", выстаивая на
страже не только у тела основателя государства, но и отца народов. А двумя
годами позже был XXII съезд, и ему пришлось участвовать в выносе Сталина из
мавзолея и видеть, как срывали с шинели мертвого вождя погоны... Впрочем, в
мире быстро входил в моду терроризм, и защищать государство с оружием в руках
в мирное время становилось слишком ответственной задачей, чтобы думать о его
ошибках. Годы тренировок на полигонах делали из "альфовцев" боевиков,
сверхлюдей. Боец невидимого фронта должен был уметь все лучше любого мастера
спорта: плавать, прыгать с парашютом, водить бронетехнику, стрелять из всех
типов оружия, в том числе и "вероятного противника", драться и убивать людей
всеми мыслимыми и немыслимыми способами, освобождать заложников в тюрьмах,
самолетах, автобусах... "Я тогда был неплохо физически подготовлен", - скромно
отмечает Николай Берлев, ставший в те годы лучшим спортсменом КГБ и даже
"чемпионом управления по чекистскому пятиборью".
В 1979 году на территорию Афганистана "случайно" прислали подкрепление для
охраны советского посольства, а после этого дворец Амина, главы государства,
был взят штурмом. "Это была одна из лучших операций века", - считает Берлев.
Из "Альфы" было два десятка бойцов на двух БМП против крепости, стоявшей на
горе. Узким серпантином вилась ко дворцу дорога, а толстые стены не пробивали
даже снаряды их безоткатного орудия.
"Она не бралась ни по каким военным законам. Амина охраняло несколько сот
преданных гвардейцев, БТРы и танки", - вспоминает Берлев. Взрыв полсотни
килограммов пластида, положенных у кабеля правительственной связи, отрезал
Афганистан от внешнего мира и дал сигнал к началу штурма: "мы были в афганской
одежде и чтобы в дыму не перестрелять друг друга, намотали на рукава белые
повязки". Чекисты отдали приказ: не оставлять свидетелей. Но потом, когда все
было закончено, а уцелевшие после жестокого боя гвардейцы встали перед
"Альфой" дрожа, как овцы, никто не смог нажать на курок. "Есть ведь и закон
войны: пленных не добивать. В конце концов, это их революция, пусть сами
разбираются", - решили "альфовцы" и раненый Берлев отвез двух окровавленных
дочерей Амина в больницу. Чуть позже всех гвардейцев расстреляли афганцы. А на
БМП "Альфы", как потом обнаружили, не было ни одного квадратного сантиметра
брони, не помазанной свинцом.
Через год Берлев ушел из "Альфы". "Были у нас в ведомстве такие товарищи,
которые очень ревностно следили, как бы слава тех, кто был в боях, не
повредила их влиянию", - рассказывает он. В это всегда было несложно поверить.
Особый статус "Альфы", подчинявшейся напрямую Андропову, многих раздражал...
...Есть в Воронежской области у старого русла Дона кладбище. В 1918 году
здесь за одну ночь расстреляли 900 человек, одну семью закопали заживо. В годы
войны здесь похоронили еще тысячу, устроив могилу длиной в полтораста метров и
шириной в сорок. А несколько лет назад сюда, на свою родину, приехал бывший
альфовец Берлев почтить могилу отца, и увидел, как на земле, где похоронены
люди, растет картошка и пасется скот. "Креста на вас нет, уроды", - сказал в
сердцах бывший чекист и ночью ему приснился крест. И еще ограда. И решил
человек, которого тренировали отдавать жизнь за государство, исправить
некоторые его ошибки: "моя фирма встала на ноги, и я понял, что смогу это
сделать".
"Нужны бумаги, документы, разрешения", - попробовали было возразить в
местной администрации, но осеклись, когда мощный человек с тяжелым взглядом
отрезал: "я за все отвечаю". И скоро на месте бесхозного кладбища появился
мемориал. С большим чугунным крестом и оградой.
"Группа "А" должна добиваться цели без стрельбы, - уверяет Берлев, - Вот
как в 1993 году: вошли в Белый Дом и все сразу сдались". Наверное, знает, что
говорит. Сегодня под его руководством почти две сотни человек охраняют
московские банки, конторы, офисы и нуждающихся в этом людей. Безопасность даже
в спокойные времена признавалась проблемой номер один и работы здесь хватит
надолго. А Берлев продолжает исправлять ошибки властей: восстанавливает на
родине церкви, строит школьникам стадионы, издает книги местных поэтов и
поддерживает детские кружки. Тоже ведь защита государства от... государства.
...ГАИ его машину не останавливает. "Я ведь не нарушаю", - объясняет он.
Впрочем, однажды тормознули. И пока шофер Берлева доставал документы, Николай
Васильевич, опустив стекло, обратился к постовому: "Лейтенант, ну и зачем ты
меня остановил?" "Езжайте", - оторопел офицер, встретив взгляд из джипа.
Наверное, в эту секунду он что-то понял.
Команда цвета хаки
АНДРЕЙ ГРИШКОВЕЦ АЛЕКСЕЙ РЫБАЛКИН (фото)

Пару лет назад бывший сотрудник КГБ, а тогда уже бизнесмен Александр
Павлович Шабалов ехал с четырехлетней дочкой в Подмосковье на дачу. Объезжая
мелкую аварию, он не заметил торчащие из грузовика бревна. Машину Шабалова
пропороло насквозь. Бревна задели ребенка. На попутке Александр Павлович
доехал до ближайшего поста ГАИ. Но у постового не оказалось связи. Дальше -
больница. Дежурного врача не было на месте. Дочь умерла.
Шабалов не стал
судиться со всеми этими людьми. Дочь уже не вернуть. Но он понял, что можно
помочь тысячам других людей, просто скоординировав действия оперативных служб.
И он решил создать "службу спасения", наподобие американской "911". Некий
координирующий центр, куда стекалась бы вся информация по линии "скорой",
пожарных, милиции и вообще все необычные и нештатные ситуации. И случилось это
год назад.
ЦГТБ - это уже не КГБ
Но просто информационного центра не получилось. Потому, что были звонки, на
которые никто из существующих служб не отзывался. Эти случаи не подходили под
зону их ответственности. Кто, например, будет заниматься собакой, упавшей в
канализационный люк и оглашающей по этому поводу всю округу истошными воплями
(и кусающей при этом всех, кто пытается ей помочь)? Или мужчиной в трусах,
который пошел выносить мусор и оказался перед захлопнувшейся стальной дверью?
При том, что за этой дверью жарится картошка и спит девяностолетняя бабушка
хозяина, пятый год не встающая с кровати.
И тогда Александр Павлович Шабалов купил машину "Лендровер Дефендер" белого
цвета. И еще он купил всякое спасательное и альпинистское снаряжение и положил
его в машину. Причем все это покупалось на деньги Центра гибких технологий
безопасности (ЦГТБ), президентом и владельцем коего он является. А потом он
позвал людей, с которыми работал раньше в КГБ, и тех, кого они
порекомендовали. Набралась пестрая компания, в которой, правда, доминировал
один цвет - хаки. И предложил им стать спасателями. За маленькие деньги.
Потому что больших не было. Зато было забытое нынче слово "энтузиазм" и
чувство ответственности за жизни других людей. И каждый спасатель проходил
специальное обучение. Кинологическую подготовку, альпинистскую, даже роды
учились принимать. Так и работали год на свои деньги - ведь не скажешь
звонящей матери, у которой остался за захлопнувшейся железной дверью маленький
ребенок: "Извините, у нас туго с финансами, так что приехать не сможем."
На сегодняшний день спасатели получили статус "Служба спасения при
правительстве Москвы".
365 СУТОК: ПОЛЕТ НОРМАЛЬНЫЙ
Сейчас она представляет из себя вот что. Первое. Непосредственно фирма,
занимающаяся разработками технологий безопасности, которая, кстати, так и
называется: Центр гибких технологий безопасности (ЦГТБ). Второе - Центр
управления полетами. На самом деле эта структура не имеет названия, а ЦУПом
информационный центр нарекли сами спасатели - за схожесть оборудования с
космическим. И третье - группы оперативного реагирования. Их шесть. Работают в
них 30 человек. Теперь обо всем подробнее.
Служба спасения получает информацию тремя путями. Три составные части
успеха, так сказать. Первая - городской телефон 276 5247. Вторая - мобильные
телефоны разных операторов. В "Би-Лайн", например, телефон 911, а в МСС - 007.
И третья, на мой взгляд, самая интересная. Это пользователи общегражданской
радиосети 27 мГц. Да будет тебе, читатель, известно, что любой гражданин,
имеющий примерно 250 американских долларов (в рублях, по курсу ММВБ), может
купить себе автомобильную радиостанцию. И поставить ее в свой личный
автомобиль. А также в автомобиль жены и тестя. И болтать себе с ними, сколько
вздумается. И не только с ними, а с любым пользователем сети, чьи позывные вы
знаете. Совершенно бесплатно. То есть уплатив единовременную пошлину в 114
тысяч рублей при регистрации станции. На сегодня в Москве пользователей этой
сети 22 тысячи человек.
Так вот. От трех до пяти тысяч пользователей являются добровольными
информаторами Службы спасения. Резерв, как спасатели их называют. Эти люди,
разъезжая по Москве на своих автомобилях по своим же делам, по ходу сообщают
спасателям обо всех происшествиях, которые видят. В основном об авариях и
пробках, конечно. Взамен они получают любую информацию, которая интересует их.
Какие трассы наименее загружены по пути их следования, например, или когда
прилетает самолет авиакомпании "Люфтганза" из Конго в Мюнхен. Кроме того, если
(не приведи Господи!) они сами попадают в аварию или у них просто ломается
машина, то Служба спасения по их просьбе ретранслирует сигнал на всех
пользователей сети. Говорят, что на месте происшествия через пять минут
оказывается три-четыре машины, предлагающие помощь.
Соответственно трем путям получения этой информации ЦУП имеет три уровня ее
приема. В буквальном смысле этого слова. В большой такой комнате на трех
больших таких ступенях сидят серьезные люди и разговаривают с Москвой. На
низкой ступеньке - по радио, на средней - по сотовой связи и на верхней - по
городскому телефону. Здесь же, на верхней ступеньке, сидит оперативный
дежурный и руководит процессом. То есть по необходимости отправляет машины на
происшествия. Причем делает он это, глядя в голубой экран компьютера. Внутри
компьютера программа "Эскорт" следит за машинами Службы спасения и показывает
дежурному их передвижение (в виде голубых квадратиков) по карте города в
масштабе 1:10000. А если надо - покажет так, что даже отдельные дома станет
видно. Такое же изображение на больших экранах на стене напротив дежурного.
ЗВОНЯТ: "ОТКРОЙТЕ ДВЕРЬ!"
Программу "Эскорт" придумали светлые головы из ЦГТБ. Говорят, не без помощи
светлых голов из КГБ. И придумали, собственно, для наблюдения за машинами,
перевозящими ценные или опасные грузы. В машину ставятся датчики, которые
передают сигнал в центр слежения. Если что-то не в порядке - поступает
автоматический сигнал тревоги в центр и квадратик на компьютере становится
красным. Соответственно к машине сразу выезжает милиция. Эта система
продается. Можно организовать свой центр слежения, а можно подключиться к
центру Службы спасения.
Я решил провести сутки с экипажем спасателей. Экипаж - четыре человека.
Командир, водитель, врач и специалист на все руки.
Однако опасностей не получилось. За время моего прибывания в группе
оперативного реагирования (ГОР) не было ни одного случая, представляющего
серьезную опасность для жизни людей. На мои стоны по поводу отсутствия
серьезных происшествий шофер экипажа ГОР по имени Юра, спокойный молодой
человек, заметил: "Зря ты, журналист, жалуешься. Ты нам удачу приносишь. Иной
раз по 14 вызовов за смену отрабатываем. А ты прямо талисман какой-то." Ну,
слава Богу.
Первый выезд случился в 11.12. Мы поехали по звонку гражданина,
отчаявшегося отрыть дверь, за которой находился его сын. На месте выяснилось,
что сын не один, а с компанией страдающих от абстинентного синдрома
(именуемого в народе емким словом "бодун") друзей. Квартира оказалась на
первом этаже, и соответственно на окнах стояли решетки. Как только мы сняли
решетку с окон, спасаемые полезли оттуда, как тараканы. На улице их встречали
друзья. Первым покинул квартиру со словом "катастрофа" коротко стриженный
брюнет. Друзья сразу же налили. А спасатели тем временем резали дверь
"болгаркой". Это такой круг из композитных материалов, с электроприводом.
Режет сталь, как масло. Искры, шум, куча любопытных. В общем, первое
впечатление - как в американском сериале.
И как-то на этом все застопорилось. Следующий выезд случился только в три
часа дня. Опять открывали дверь. На этот раз клиентом оказался интеллигентный
молодой человек, имеющий жену и годовалого ребенка. Жена с ребенком пошли
погулять и не смогли открыть дверь в свою шикарную квартиру, оборудованную
сложным израильским замком. На этот раз спасатели ничего не резали. Работали
два Юры. Один, уже упоминавшийся выше водитель, другой - слесарь (тот, который
"специалист на все руки"). Чтобы справиться со сложным замком, ключ от
которого, по словам хозяев, невозможно подделать, специалистам-спасателям
понадобилось пять минут и "шанцевый инструмент". То есть пара крючков и
отвертка.
Обрадованный хозяин сбегал за женой, показать ей счастье. Жена удивилась.
"А какой же замок нам теперь поставить?" - спросила она спасателей. "Вы
поставьте себе обычную, деревянную дверь и обычный замок, - отвечал ей
командир экипажа Володя.- Если кто-то придумал, как закрывать, всегда найдется
тот, кто знает, как открыть".
- А с другой стороны, вот недавно у нас был такой случай - продолжал
командир. - Загорелась квартира. Хозяева - пожилые люди. А дверь из какой-то
особо крепкой германской стали. Пожарные в окно пытаются влезть - пламя уже на
полтора метра из квартиры вырывается. Мы дверь режем. Часа два, наверное,
мучились. В конце концов отрыли. А там, возле двери, два трупа: муж и жена. В
суматохе не смогли замок открыть, так и задохнулись. Вот и думайте после
этого, какую дверь ставить.
Тем временем спасатели собрали инструмент и, засняв на видеокамеру
результаты работы, собрались возвращаться на базу. Они все снимают на камеру,
дабы избежать возможных эксцессов с клиентами.
Прежде чем поехать на первый вызов, я как раз смотрел такую оперативную
съемку, которую привезла группа, работавшая в предыдущие сутки. На кассете -
следующая история. Глубоко нетрезвый человек собрался перейти по льду
Москву-реку. Все бы ничего, но ровно посередине реки он провалился под лед.
Все это с набережной наблюдал сотрудник ГАИ, который нес свою нелегкую службу
в бронежилете (что немаловажно). Провалившийся гражданин, естественно, стал
взывать о помощи. Милиционер же, исполняя долг, побежал ее оказывать, не
снимая бронежилета. И тоже провалился. Следующим оказался случайный прохожий,
который увидел людей, барахтающихся в ледяной воде. Нетрезвый гражданин к
этому времени уже перестал подавать признаки жизни, но все еще крепко держался
руками за края полыньи. В общем, случайный прохожий тоже начал тонуть, но тут
подоспели спасатели. Они зацепили трос за тело милиционера, за милиционера
взялся прохожий, крепко обнимавший нетрезвого гражданина, - и "Лендровер
Дефендер" вытянул утопающую троицу на берег. Больше всех пострадал виновник
происшествия - у него оказались отморожены конечности. Милиционер же с
прохожим отделались испугом и мокрым бельем.
Ближе к вечеру опять вскрывали дверь в Бирюлево. "Лендровер" неспешно едет
по московским улицам на место вызова. "Может быть, сирену включим?" -
нетерпеливо спрашиваю командира экипажа. "А зачем? - рассудительно отвечает
мне бывший офицер КГБ, служивший в Афганистане. - Мы никуда не спешим".
- Ну, может быть, хоть мигалочку?
- Пустое это, - остужает мой пыл водитель. -Вот если бы мы ехали на ЧП, где
была бы опасность для жизни людей, тогда можно было бы.
Клиент попался нервный. Встречает спасателей замечаниями типа: "Я тут никак
не могу дверь открыть, а вас не дождешься". (Этот вызов оплачивался так же,
как и все предыдущие, потому что не было непосредственной угрозы для жизни и
здоровья людей. Минимальная цена - 350 тыс. руб.)
Дожидаясь спасателей, гражданин сотворил со стальной дверью все, что смог.
Снял с нее обшивку, разворотил личины замков, открутил ручку, открывающую
дверь. И на этом остановился - снимать больше было нечего. Два Юры открыли
замок за время, пока я записывал фамилию клиента. Командир экипажа оценил
работу в 400 тыс. руб., прибавив, видимо, полтинник за грубость. Но мужчина,
обрадовавшийся долгожданной возможности попасть в квартиру, заплатил
положенную сумму без разговоров.
Возвращаемся обратно.
- А что, Володя, как ты пришел работать в Службу спасения? - спрашиваю я у
командира.
- Я с окончанием перестройки ушел из Комитета. И с тех пор то таксистом
работал, то на рынке приторговывал. А потом подумал: сколько можно ерундой
заниматься? Позвонил коллегам, они меня сюда порекомендовали. Сначала просто
водителем был, а потом мы с одним парнем без стопоров, на руках, с крыши
12-этажного дома на пятый этаж спускались. Там женщине с сердцем плохо стало.
А "скорая" не могла попасть в квартиру - стальную дверь заклинило. После этого
случая меня командиром группы назначили.
- А вы зачем с крыши-то на пятый этаж? Что, с шестого, например, нельзя
было?
- Так ночь. Дверь никто не открывает. Мы же не милиция.
Тем временем доехали на базу. По словам командира, ночь должна быть
спокойной - у него уже около месяца не случалось ночных выездов на ДТП.
- А летом по два раза в неделю ездили пострадавших из машин вырезать.
Вырезают специальными ножницами, такие только у Службы спасения есть. В
ножницы заряжают спецпатрон, и за счет силы выстрела они режут металл.
Стольких вырезали, что ножницы выработали свой ресурс. Недавно новые купили.
Как он сказал, так и получилось. Вся ночь прошла спокойно. А утром я пришел
домой, поругался с женой, и она захлопнула перед моим носом дверь. И обещала
стукнуть сковородкой по голове, если я снова без предупреждения на такие
репортажи ездить буду. Слава богу, дверь у меня деревянная, а сковородки - не
чугунные, а тоненькие, тефлоновые. А то Службу спасения пришлось бы вызывать.
Проверено: мины есть
МАКСИМ ШЕВЧЕНКО, обозреватель "Независимой газеты" - специально для "Автопилота""
Фото ВЛАДИМИРА ПАВЛЕНКО ("НГ-фото") и АЛЕКСЕЯ ИЛЬИНА
Из всех автомобильных дорог, лежащих вне пределов России, дороги именно
этой страны наиболее известны нашим согражданам. На УАЗах и тяжелых "Уралах",
в боевых машинах десанта и на броне Т-72 "шурави", облаченные в пропыленную
военную форму, много поколесили по теперь уже почти забытым маршрутам Хайратон
- Мазари-Шариф - Саланг - Кабул - Джелалабад. Почти десять лет Афганистан был
самым страшным пунктом назначения - туда отправлялись живые, обратно шли тела
в цинковых гробах...
Тот, кто решится сегодня проехать по афганской земле,
должен запастись не только терпением, но и мужеством - путешествие предстоит
не из легких. Спустя девять лет после вывода советских войск из ДРА в
Афганистан отправились наши корреспонденты.

ЧЕРНЫЕ ПЕСКИ И СЕРЫЕ СТАРИКИ
Начало пути русского путешественника в Афганистане начинается с
пограничного Хайратона. В этих местах не было боев, и потому первый отрезок
дороги от него до "северной столицы" Мазари-Шариф вполне приличен. Уложенная
советскими специалистами еще в спокойные годы королевской власти бетонка сама
стелется под колеса шикарного вездехода Toyota, принадлежащего одному из
местных высокопоставленных военных. Этот первый участок примечателен лишь тем,
что сразу же раскрывает иностранцу смысл места, в которое его занесла судьба.
Слишком символичен пейзаж вокруг. Слева плоская пустыня со скачущими по
каменистой поверхности шарами "перекати-поля", справа - пустыня волнистая,
черная...
Это Кара-Кумы, перевалившие через Амударью и наползающие теперь на
шоссейное полотно. Слегка змеится песок по бархану, и у вас на зубах начинает
поскрипывать пыль. Просто вы неплотно прикрыли окно машины - и одна из
величайших в мире пустынь проникла в узкую щель и поздоровалась с вами.
Но на пути песка встают надежные стражи. Как непременный шоссейный атрибут
этих мест Афганистана из полуденного марева возникают похожие друг на друга
тощие старики в рваных чапанах (халатах), серых чалмах и с большими совковыми
(не в смысле "советскими") лопатами в почти черных руках. В их глазах застыло
время - старики выглядят ровесниками пустыни, движение которой через шоссе они
методично тормозят взмахами лопат.
Мы проносимся мимо - старики только кивают головами, провожая взглядом
молодых, стремящихся догнать свою смерть. Впрочем, если у вас есть мелкие
афганские деньги, то не поленитесь, приоткройте окно и просто выкиньте их
наружу. Вихрь подхватит разноцветные бумажки, разнесет их по шоссе и окрестным
барханам. А вы, уносясь прочь, гадайте: то ли сторожам Кара-Кумов заплатили за
работу, то ли просто отдали дань афганскому ветру в надежде на его
благосклонность.
ДВЕНАДЦАТЬ ЧЕЛОВЕК НА СУНДУК МЕРТВЕЦА
Навстречу начинают попадаться машины. Как вы думаете, сколько людей может
поместиться в обычную "Волгу"? И если, сильно преувеличив известные
возможности этой замечательной машины, вы скажете "семь", то ошибетесь. В
Афганистане легковая машина размеров "Волги" перевозит двенадцать мужчин. Как
правило, вооруженных. Все очень просто: девять в салоне и три в багажнике. Они
сидят, свесив ноги, и улыбаются вам, обгоняющим их колымагу, едущую со
скоростью восемьдесят километров в час.
Воистину, эта земля испытывает машины на прочность! Старенькие грузовики,
везущие народ за сотню с лишним верст, забиты под завязку совсем уж
неисчислимым количеством людей. Где-то в глубине крытого кузова угадывается
пробивающийся сквозь плотную чадру любопытный блеск женских глаз. Ближе к
воздуху примостились мужчины в знаменитых "пуштунках". Где-то между взрослыми
копошатся дети - девочки поближе к матерям, мальчики рядом с отцами.
Вперемешку с детьми - тюки, сундуки, чемоданы, баулы. А вместе с тюками - куры
и жалобно блеющие, обреченные на шашлык овцы.
Но это не все. Кто же в Афганистане так неэкономно использует механические
средства передвижения? На крыше грузовика примостился еще десяток пассажиров -
это, как правило, менее солидная молодежь, закутанная в одеяла и курящая
сигареты.
На пустынных плоскостях севера вы постепенно перестаете удивляться этим
встречам. Но когда подобные монстры пассажирского транспорта встречаются на
кручах Саланга, где резкие повороты на спусках и подъемах ставят непростые
задачи даже перед самыми хорошими тормозами, вы начинаете испытывать почти
священный восторг перед виртуозными афганскими водителями, умудряющимися
довозить свой груз до конца пути.
Мера их героизма особенно наглядна на одном из самых непростых горных
участков. Традиционная мусульманская могила святого, с белым надгробием и
воткнутыми в нее палками с разноцветными тряпочками, напоминает о подвиге
автобусного кондуктора, который успел выскочить из забитого под завязку
автобуса и держал его своим телом (!) на краю пропасти до тех пор, пока
последний из пассажиров не вышел наружу. Это место так и называется - "могила
кондуктора".
БЕНЗИН ПЛЮС ВОДА
Как известно, все, что движется, нуждается в пище. И автомобили, и люди
должны периодически подкармливаться. Но если вам это сделать нетрудно -
достаточно остановиться у ближайшей чайханы и заказать связку шампуров с тремя
маленькими кусочками мяса на каждом, то вашему автомобилю придется быть
поразборчивее.
Нет, не то чтобы вокруг не предлагали бензин. Вдоль дорог выстроился целый
ряд лавочек, увешанных старыми, истертыми шинами и уставленных помятыми
советскими канистрами. Но процентное соотношение смеси "бензин плюс вода" в
этих местах зачастую бывает сильно в пользу последней.
Отсюда вывод: не покупайте "с рук", даже если очень надо. Потому что потом
станет обидно, когда двигатель вашей машины вдруг начнет кашлять и заглохнет
посреди вечерней пустыни, или на горном подъеме, или, если особенно "повезет",
в зоне минометного или снайперского огня.
Выберите торговца посолиднее - лучше, чтобы он показался вам как бы вросшим
в собственную лавку, и купите бензин у него. Особая удача, если вы будете
вместе с проводником-афганцем: скорее всего, вас не обманут - зачем человеку
рисковать репутацией в глазах соотечественников?
ЗАСТАВЫ
Предположим, вы настолько упрямы, что все-таки безумно хотите попасть туда,
где, как говорится, люди проверяются "на слабо", - в зону боевых действий.
Зачем вам это надо, вы и сами толком не знаете. Но все-таки упорно двигаетесь
к цели.
Чтобы напомнить лишний раз о том, что вы не на "поле цветов", на вашем пути
возникают заставы. На которых в ответ на ваше заявление, что вы хотите ехать
по этой дороге, звучащее по-афгански примерно как "мэн михуа хам ба ин
роберауам", у вас потребуют документы.
Если дело происходит днем, а в вашей машине сидит офицер местных
вооруженных сил, то все кончится просто отданием чести и лучезарной улыбкой.
Если дело происходит опять-таки днем, а в вашей машине не сидит офицер, то вы
предъявите документы и, если они понравятся стражам, - заплатите некоторую
сумму денег, как правило, составляющую $1. После этого вам все-таки улыбнутся
и отдадут честь.
Но если дело происходит ночью, то, подъезжая к заставе, вы прежде всего
увидите направленный в лобовое стекло гранатомет и услышите резкий, гортанный
окрик часового. В то время как гранатометчик, на вид лет тринадцати-пятнадцати
от роду, будет тщательно выцеливать вас с расстояния в десять метров, его
начальник не спеша подойдет и осмотрит салон. Просто предъявите документы и
скажите: "Руссия". Не делайте резких движений и не пытайтесь возмущаться -
возможно, в придорожной тьме за вами наблюдают еще и через прицел
крупнокалиберного пулемета. Впрочем, на войне как на войне. И если вы не
попали на заставу талибов, то ваша "руссия" будет встречена довольной улыбкой
и откликом: "Шурави!". Если же попали, то, как говорят в этих местах,
"иншалла". Что означает полную зависимость вашей дальнейшей судьбы от воли
Аллаха.
ТУННЕЛЬ
Если вы едете из Мазари-Шариф в Кабул или из Кабула в Мазари-Шариф, и
вообще, если вы хотите увидеть настоящий Афганистан, то вам придется проехать
через туннель. Пробитый еще до попытки "построения развитого социализма в
одной отдельно взятой исламской стране", в заснеженных горах Гиндукуша, он
являет собой настоящее чудо инженерной мысли.
Ведь умели же строить советские рабочие! Неремонтируемый уже десять с
лишним лет, почти пятикилометровый салангский туннель примет вас в свое чрево.
Разумеется, на въезде и на выезде - пушки, танки, минометы, пулеметы. И,
разумеется, вытянув шею и заглянув вниз, вы сможете наглядно увидеть, чего
стоили нашей стране политические игры кремлевских стратегов. По склонам ущелья
валяются бесчисленные остовы сгоревших бензовозов. Это советские бензовозы.
Некогда длинные колонны поднимались на Саланг и медленно проползали через
туннель, чтобы спустится с другой его стороны к Кабулу. И одного только
человека с автоматом по другую сторону ущелья хватало для этой войны.
Промахнуться невозможно. Пули летели из каменных складок гор, поджигая баки.
Вытаскивали людей - машины сталкивали в пропасть.
В афганском поднебесье до сих пор есть надпись на скале, гласящая, что
здесь убили Сережу. На каких только дорогах не лежат косточки русских
солдат... А сам туннель - туннель только с одной стороны. Со стороны ущелья он
- разбитая бетонная стена, сквозь дыры в которой виднеются снежные пики гор и
часовые с гранатометами. Вы едете через кромешную тьму, сотканную из густой
пыли и черных выхлопов танковых двигателей.
По дороге, перемолотой тяжелыми Т-72, навстречу вам из тьмы выныривают то
грузовики, переполненные людьми, то броневики, грозно таращащие пулеметные
дула, то отара вездесущих овец, непонятно каким чудом не передавленных в этом
аду. Люди бегут от войны, от религиозного фанатизма, и Саланг - единственная
дорога из ада - напоминает тот мост, выводящий к свету, который по исламской
традиции тоньше лезвия стального меча.
ЗОНА СМЕРТИ
Шутки в сторону - вы въезжаете в зону войны. Первое, что бросается в глаза,
- обогнавший вас грузовик, доверху груженный минометами, гранатометами и
тяжелыми пулеметами. На этой куче смертоносного железа восседает улыбающийся
до ушей мальчишечка с автоматом. В тот день, когда мы были в Афганистане, еще
не догорели автомобили и танки талибов, в панике отступавших к Кабулу. Около
брошенной техники бродили бородатые моджахеды Ахмад Шаха Масуда, бегали дети.
По асфальту разбросаны патроны и гильзы. А рядом мы заметили нечто, похожее на
кучи старого тряпья. Это - убитые. Застигнутые внезапным ударом железа, они
замерли и припали к земле. Мимо едут машины, проходят люди. Мертвых "врагов"
собирает Красный Крест. Но в эти места его представители еще не доехали.
Скорее уезжайте от мертвых на обочине. И пусть рядом журчит горный ручей, а из
голубого неба льется прекрасный солнечный свет - поверьте, что увиденное на
этом участке афганских дорог вернется к вам однажды осенней московской ночью.
Впрочем, вы знали на что шли: хочешь хорошо спать - не ходи смотреть на войну.
ОБОЧИНЫ - НЕ ДЛЯ ПРОГУЛОК
Будьте осторожны, не гоните! За поворотом вас поджидают воронки тяжелых
авиационных бомб, аккуратно, через каждые сто метров, положенные неизвестным
летчиком точно в дорожное полотно. Резво крутя рулем и объезжая конусообразные
ямы, не выскакивайте на обочину. Особенно в тех местах, где вдоль дороги
изящно выстроились рядками старые снарядные гильзы.
Эти поп-артовские произведения - не шалости местных ребятишек. Ваше
вторжение за импровизированные ограждения может кончится трагически. Не стоит
рисковать автомобилем и теми, кто в нем находится: афганская земля напичкана
противопехотными и противотанковыми минами так же густо, как подмосковные поля
картошкой. Помните: в принципе мины есть везде! И даже когда вы думаете, что
их нет, они есть с еще большей степенью вероятности. Если вас уверяют, что их
нет, то имейте в виду, что они есть все-равно.
"С асфальта ни на шаг!" - наглядным подтверждением этой святой истины могут
являться бесчисленные одноногие люди самого разного возраста и пола,
встречающиеся на вашем афганском пути. Одни захотели сорвать красивый цветочек
на придорожном бугорке, другие отошли помочиться за кустик, третьи побежали за
унесенной ветром денежной бумажкой, четвертые... В общем, не сходите с
асфальта - и незачем будет вникать в эти невеселые подробности будней
афганских дорог.
ЕСЛИ РЯДОМ БОМБЯТ
Но бывают ситуации, когда сойти с дороги жизненно необходимо. Например,
если происходит следующая последовательность событий: сначала над вашей
головой что-то проносится, потом на ваши барабанные перепонки обрушивается
дикий рев, а потом вы слышите пренеприятнейший свист. Так как в реальной
ситуации у вас не будет времени сопоставить эти три интереснейших фактора, то
запомните: вас собираются бомбить.
Если вы не являетесь сумасшедшим поклонником непосредственного измерения
мощности современных взрывчатых веществ, то выскакивайте из машины и, усиленно
молясь про себя тому, в кого верите (Христу ли, Аллаху ли), бегите как можно
дальше от дороги. И если есть возможность, то бегите по следу танковой
гусеницы или автомобильной шины - очень большая вероятность того, что в этом
месте не будет мин. Если же таковых следов не имеется, то бегите просто так,
пытаясь углядеть и не наступить на нечто странное у себя под ногами.
Вам может повезти. Ведь война - странная штука, на ней не всегда убивают
тех, кому, казалось бы, уже некуда деться.
Сегодня на афганских дорогах частенько бомбят. И одного "МИГ-21" с полным
боекомплектом хватит для того, чтобы серьезно подпортить вам впечатление от
увлекательного путешествия и с шиком отправить на тот свет.
ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ - МЫ ЕДЕМ!
Наше путешествие подходит к концу. Мы надеемся, что не слишком вас
запугали. Ведь в наши планы совсем не входило отговаривать вас от героических
приключений. Порой и поездка по ночной Москве может оказаться не менее опасной
для жизни, чем дорога через Саланг на Кабул. В любом случае этот маршрут
неизбежно настроит вас на философический лад. Вы почувствуете, насколько вам
необходим автомобиль, почувствуете его возможности и силы, почувствуете
бренность его да и своего, пожалуй тоже, бытия, почувствуете, в конце концов,
радость жизни, черт возьми! Ведь перебравшись через амударьинский мост - тот
самый, по которому когда-то уходили наши с афганской земли, вы никогда не
забудете Афганистан. Никогда не забудете его дороги.
|