Хлеб войны

Спецпроект «Фото на документы». Карточка № 47

Садовый домик в СССР, если кто помнит, был стандартной площади: от 10 до 25 квадратных метров плюс веранда, это еще максимум 10 квадратов. В сумме — шесть на шесть метров примерно. Время от времени ходили строгие комиссии с рулетками, замеряли, не вышел ли кто за рамки. Почему так? Потому что социализм, объясняют сегодня. Да нет, все интереснее.

В начале 1990-х московские депутаты делали ревизию нормативной базы по дачному строительству. Запросили в архиве документы. Ответ был неожиданным: выдать не можем, у вас допуска к гостайне нет. В смысле? К гостайне?! Нашли генерала-депутата с допуском, отправили в архив его. Оказалось, советское дачное строительство было вписано в доктрину ядерной войны.

При первом обмене ядерными ударами с вероятным противником столичная городская застройка полностью разрушалась и делалась непригодной для жизни. Но по мере удаления от центра шансы сохраниться возрастали — и у промышленных предприятий, и у тех, кто стоял за станками. А на расстоянии 30-50 километров от городской черты, как якобы показали расчеты, лучше всего могли сохраниться дощатые строения, площадью метров тридцать с небольшим максимум… ну вы уже поняли. В случае ядерного удара садовые товарищества, которые формировались, кстати, по производственному принципу, участки выделялись сотрудникам того или иного завода и НИИ, становились временным жилым фондом. Земли выделялись почти всегда рядом с железнодорожной станцией, чтобы на работу можно было добраться на электричке. А можно и автобусы прислать — ведь в случае чего весь коллектив вот он, в одном поселке.

Переход завода на выпуск военной продукции часто закладывался изначально. Про то, что диаметр сигареты — 7,62 мм, как у патрона АКМ — это, наверное, все-таки шутка. Хозяйственное мыло по габаритам было как брусок взрывчатки — допустим, совпадение. Но вот корпусом советской гранаты РГ-42 в самом деле была тогдашняя консервная банка.

Таких подводных камней войны вокруг до сих пор немало. Взять хотя бы этот УАЗ, народное прозвище «буханка», тонущий в лесовозной колее. Или танковой, на фото не разобрать. 65 лет на конвейере недавно отметила эта модель Ульяновского автозавода, заказчиком которой в 1954 году выступил кто? Правильно, Советская армия, в 1958 году получившая в лице этой машины санитарный автомобиль УАЗ-450А и штабной УАЗ-450Б.

Новинка была максимально унифицирована с армейским же внедорожником ГАЗ-69 — рама, мосты, коробка передач, раздатка, поначалу даже двигатель, это уже потом поставили более мощный, УАЗ все-таки был на 400 кг тяжелее. Характерный факт: первый опытный образец забраковали — дизайнеры перестарались с красотой, и крыша оказалась слишком покатой, а это уменьшало объем салона. И носилки с ранеными в два ряда, друг над другом, уже не помещались.

Сегодня эта линейка УАЗ официально называется «старый грузовой ряд» или СГР. Что ж, логично. Взял АКМ, сел в СГР, проехал КПП и добрался до ЛБС. Линия боевого соприкосновения, если кто не в курсе.

Александр Янковский

Фото на документы

Другие карточки

Фото: Автопилот

Фото: Автопилот

О проекте

В нашем проекте мы попытались собрать как бы случайные, любительские снимки времен СССР. Автомобили и прочая техника, попавшая в кадр – не столько предмет нашего исследования, сколько часть мизансцены, позволяющая додумать сюжет – все представленные в проекте фотографии были приобретены редакцией по случаю, и подлинная подоплека событий, запечатленных неизвестными фотографами нам конечно же неизвестна. Но их ценность от этого не становится меньшей, потому что они - важная часть нашей визуальной культуры. На этих «проходных» снимках запечатлена жизнь огромной страны, по которой сегодня многие ностальгируют. Даже те, кто в силу возраста никогда в ней не жил.

Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...
Загрузка новости...