В форме акульего носа

Главный художник Changan о вершинах и провалах в облике современного автомобиля

Прежде чем в 2023 году встать у руля корпоративного дизайна крупнейшего автопроизводителя Китая — компании Changan, Клаус Зисиора был вице-президентом и руководителем отдела глобального дизайна в Volkswagen Group, где курировал проекты двенадцати брендов, включая Volkswagen, Audi и Porsche. Специалист с 30-летним опытом работы в сфере автомобильного дизайна и корпоративного управления, Клаус знает о дизайне примерно все. Накануне российской премьеры нового поколения кроссовера Changan Uni-S мы спросили художника о самом главном.

Клаус Зисиора

Клаус Зисиора

Фото: Changan

Клаус Зисиора

Фото: Changan

— Как вы думаете, какую роль играет дизайн в принятии решения о покупке автомобиля сегодня?

— Дизайн — главный язык эмоциональной связи. Когда пользователь впервые встречается с автомобилем — в салоне у дилера, на улице, видит машину на фотографии, реакция возникает мгновенно и предшествует рациональному мышлению. То есть чувство возникает раньше, чем появляется мысль. И это чувство становится либо началом отношений, либо их концом.

На рынке, где технические различия все больше нивелируются — аккумуляторы, программное обеспечение и рейтинги безопасности у конкурентов становятся все более схожими, дизайн остается одной из последних областей, где бренд еще может создать по-настоящему уникальную, эмоционально убедительную причину выбрать один продукт вместо другого.

Я видел, как покупатели приходили в автосалон с целым списком требований к будущей покупке — а в итоге уезжали на автомобиле, который не отвечал и половине из них. Потому что они что-то почувствовали, когда сели в машину. Свет лег на поверхности кузова так, что их это тронуло. Дизайн делает это.

Да, технологии влияют на решение. Но принимает его дизайн.

— На наш взгляд, вы возглавляете одну из сильнейших дизайнерских команд в автомобильной промышленности Китая. Автомобили марок Changan, Uni, Deepal и Avatr, безусловно, обладают собственным стилем и собственным дизайнерским языком. Чего, по вашему мнению, не хватает этому дизайнерскому языку?

— Я благодарен за этот вопрос и ценю ту искренность, которой он требует. Каждый честный дизайнер на любом этапе своей работы должен быть способен ответить на этот вопрос. Самодовольство — это смерть дизайна.

Я считаю, что мы все еще создаем — и это, пожалуй, не недостаток, а амбиция — такое совокупное дизайнерское наследие, на создание которого обычно уходят десятилетия. Самые культовые бренды в мире обладают не только собственным дизайнерским языком, но и «историей» дизайна: той глубиной визуального повествования, которую пользователи всегда чувствуют, даже если не могeт выразить словами. Эту историю мы создаем сейчас — с каждым новым продуктом, который выпускаем.

Другой принципиально важный для меня аспект — это глубина эмоциональной сдержанности. Мы очень хорошо умеем создавать образы, которые вызывают восторг. Следующий уровень — создание образов, которые выдерживают испытание временем. Которые со временем раскрываются. Которые становятся тем больше, чем дольше вы с ними живете. Именно туда я хочу привести наш язык дизайна в будущем.

— Что вы планируете изменить в первую очередь в дизайне автомобилей Changan — экстерьер или интерьер? Или, может быть, образ автомобиля должен стать совершенно иным, чтобы достичь полной гармонии?

В основе этого вопроса, как мне кажется, лежит некоторое недопонимание того, как работает хороший дизайн — и на это стоит ответить прямо.

Экстерьер и интерьер — это не два отдельных проекта. Это единый, непрерывный опыт. Он начинается в момент, когда пользователь впервые видит автомобиль, продолжается, когда он подходит к машине и открывает дверь, и усиливается, когда он устраивается на сиденье и начинает движение. Каждый из этих моментов является частью одного и того же диалога с дизайнером.

Поэтому мой ответ таков: ни экстерьер, ни интерьер. Гармония должна быть заложена в дизайне с самого начала, а не достигаться путем примирения двух отдельных дизайнерских решений постфактум.

В Китае автомобиль воспринимается как продолжение жилого пространства, и это понимание абсолютно верно. Внутренняя среда — качество материалов, тактильные ощущения от каждой поверхности, интеллект цифрового опыта, взаимосвязь света и пространства — несет в себе огромный эмоциональный заряд. Но интерьер, обещающий одно, и экстерьер, говорящий о чем-то совершенно другом, — это провал в плане цельности образа.

Я всегда стремился к дизайну, история которого начинается еще до того, как вы открыли дверь, и углубляется с каждым мгновением, проведенным внутри.

— Какие, по вашему мнению, детали внешнего вида автомобиля сразу указывают на его принадлежность к бренду Changan? А что характерно для марок Uni и Deepal?

— Узнаваемость бренда в дизайне формируется благодаря конкретным, продуманным визуальным решениям — деталям, которые оказываются настолько характерными, что уже неотделимы от идентичности бренда.

Клаус Зисиора

Клаус Зисиора

Фото: Changan

Клаус Зисиора

Фото: Changan

В целом для Changan эта идентичность выражается в качестве поверхностей и пропорциях. Продукция Changan обладает продуманной и гармоничной внешностью: каждый переход, каждое соотношение объемов воспринимается как естественное, а не произвольное, надуманное.

В линейке Uni фирменный стиль читается с первого взгляда. Передняя часть в форме «акульего носа» — смелая, устремленная вперед поза, и плавная передняя часть без решетки радиатора: она придает графике автомобиля чистую, непрерывную силу. Именно эти дизайнерские решения делают образ Uni характерным и моментально узнаваемым.

Для Deepal определяющим признаком служит «трехполярный» дизайн освещения: те характерные световые блоки в форме лепестков спереди и сзади, по которым Deepal мгновенно узнается в ночное время. Но идентичность Deepal, сочетающая технологическую точность с ощущением моды и энергии, выходит за чисто визуальные рамки.

Компания располагает обширной международной сетью научно-исследовательских центров по всему миру. Дизайнерск—ие центры есть в Европе, в Японии, конечно же, в Китае и, возможно, не только там. Как организована их совместная работа? При создании новой модели команды этих дизайнерских центров конкурируют друг с другом или работа распределяется между всеми?

— Самое главное, ключевое слово здесь — цифровизация. Мы обмениваемся проектами, данными и документами через централизованные платформы. И поэтому можем работать круглосуточно, без выходных, в наших офисах в Чунцине, Йокогаме, Турине и Мюнхене. Пока один центр отдыхает, другой продолжает работу. Творческий цикл никогда не останавливается.

Что касается соперничества и сотрудничества — я бы сказал, что это ни то, ни другое. И сделано это специально.

Каждый центр привносит свое уникальное видение, укорененное в его среде и культуре. Эти различия — не проблема, которая требует решения, а творческий ресурс, который требует развития. Мы не стремимся к тому, чтобы все наши центры мыслили одинаково. Мы хотим, чтобы каждый из них привносил в общий разговор о дизайне свою, самую свежую и аутентичную точку зрения.

На разных этапах проекта динамика меняется. На ранних этапах генерации идей несколько центров могут искать направление параллельно — и да, это сопровождается здоровым творческим соперничеством. На более поздних этапах все концентрируются на лучшем направлении и работают сообща, чтобы максимально точно его реализовать. Этот процесс не является конкурентным в полном смысле, поскольку победителей и проигравших в нем нет. Он основан на сотрудничестве, которое ведет к наилучшему возможному результату.

Александр Грин