Колесами печально в небо

Спецпроект «Фото на документы». Карточка № 80

«Контрольными цифрами развития народного хозяйства СССР на 1959–1965 гг., утвержденными XXI съездом КПСС, намечен рост грузооборота автомобильного транспорта за семилетие примерно в 1,9 раза… Общий выпуск автомобилей в 1965 г. составит 750-856 тыс. штук, или в 1,5–1,7 раза больше, чем в 1958 г… Новые автомобили отличаются лучшими динамическими качествами (скорость движения, приемистость), топливной экономичностью, надежностью, устойчивостью и комфортабельностью; они имеют двигатели большей мощности и более совершенные конструкции других механизмов».

Это — цитата из «Учебника шофера первого класса», изданного в 1960 году, примерного современника фотографии. Все в духе эпохи. Непременное начало со ссылкой на крайний — не последний же — съезд КПСС, потом обещание что-то значительно увеличить, и заверение, что завтра будет лучше, чем вчера. Например, грузовые машины станут более устойчивыми. Даже называются конкретные, более устойчивые модели — ГАЗ-52 и ЗИЛ-130. Их запустят в производство в первой половине 1960-х, и они переживут СССР.

А на фото — предшественник «сто тридцатого», ЗИЛ-164. Устойчивости ему явно не хватило, оттого он, как в песне, «колесами печально в небо смотрит». ЗИЛ-164, если официально, «грузовой двухосный, четырехтонный с приводом на заднюю ось (тип 4х2) с закрытой трехместной металлической кабиной». Объем двигателя — 5,55 л, шесть цилиндров в ряд, мощность 100 л.с. Если неофициально — то Захар. Или Захар Иванович. Имя это до того носил предшественник 164-го, ЗИС-150, а еще раньше — ЗИС-5.

ЗИС превратился в ЗИЛ в 1956 году. Сталина в названии завода и моделей заменили Лихачевым после XX съезда КПСС, на котором, говоря поэтическим языком, было установлено, что «оказался наш отец не отцом, а сукою».

ЗИС-164 пошел в серию в 1957 году, но внешне очень похож на представленный десятью годами ранее «первый послевоенный грузовик» ЗИС-150. Его сработали с оглядкой на американский International KR11. Обводы кабин совпадают вплоть до декоративных выштамповок. Не зря в секретных докладах ЦРУ подчеркивали, что советские инженеры грамотно проанализировали образцы немецкой и американской техники, попавшие во время Второй мировой войны в СССР в качестве трофеев и по ленд-лизу.

Поставляемый из США International в справочной литературе военных лет называли не «Интернэшнл», как в языке оригинала, а по-русски, если можно так выразиться — «Интернационал». Легко запомнить: был такой гимн пролетарский, со словами про «весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем…». До 1944 года «Интернационал» был по совместительству гимном СССР.

Питался ЗИЛ-164, прямой наследник ЗИС-150, бензином марки А 66. Контрольный расход топлива «не должен превышать 27 л. на 100 км пути». В бак машины умещается 150 л. Точнее сказать, умещалось. Пробки на топливном баке перевернутой машины не наблюдается, и это, смеем предположить, непроста.

Была в советское время такая особенность. Автомобиль и его груз после ДТП становились как бы общественным достоянием. Неофициально, конечно. Но слить бензин, открутить какую-то запчасть или забрать что-то из перевозимого товара и за воровство-то в народе не считалось. Старожилы подтвердят.

Но здесь иной случай. На этот груз мало кто покусился бы. Бочка с толстым шлангом, в такой пролезет рука, может кому-то намекнуть, что перед нами ассенизационная машина, она же илосос или говновозка. Автомобиль полезный: в начале 1960-х уличные выгребные туалеты были даже в Москве, той части, что сейчас считается центром — например, на Пресне, и в отхожих местах по всей стране можно было прочитать на стенах один и тот же стишок: «Товарищи, друзья. На доски срать нельзя! Для этого есть яма. Держите жопу прямо!»

Но эта цистерна для другого груза — сухого цемента. Именно для его перевозки предназначен специализированный полуприцеп. Скорее всего, 6,8-кубовый, украинский, производства Прилукского завода строительных машин. Загружался цемент сверху самоходом, разгружался — при помощи воздуха, подаваемым двухпоршневым V-образным компрессором.

Седельные тягачи на базе 164-й модели ЗИЛ делал совместно с Мытищинским машиностроительным заводом. Тягачи отличались от обычных грузовиков укороченной рамой и наличием второго 150-литрового топливного бака. Он и виден на фотографии.

При полной нагрузке максимальная скорость автопоезда составляла всего 55 км/ч. Что не уберегло от аварии. Но не сомневайтесь: следствие установит причины произошедшего. Работа уже началась. Милиционер докурит и примется за дело.

Авторство большинства карточек в этой рубрике утрачено за давностью лет. Эта — редкое исключение. Ее сделал замечательный фотограф Юрий Мещеряков (1928-2015). Выражаем благодарность потомкам мастера, сохранившим архив.

Сергей Нестерцев

Фото на документы

О проекте

Вся наша сегодняшняя жизнь детально зафиксирована. Снимками из космоса, камерами на подъездах и в общественном транспорте, гугломобилями и, конечно же, нами самими — почти у каждого есть смартфон, и сделать им снимок — вопрос нескольких секунд. С одной стороны, это здорово. С другой — не оставляет интриги, не заставляет напрягать ум, потому что все и так приблизительно знакомо и понятно. Тем ценнее сохранившиеся до наших дней снимки, сделанные, например, полвека назад. В те времена, когда фотография была весьма хлопотным и трудоемким процессом. Зарядить пленку, установить на камере экспозицию и только потом нажать на спуск затвора. И результат можно было увидеть только после того, как пленка была заправлена в бачок-улитку, а после родные стучали в дверь ванны — «ну, когда уже помыться можно будет?» — где при свете красного фонаря спроецированное громоздким фотоувеличителем на бумагу изображение проступало в кювете с проявителем. Но это еще не все. После был риск запороть отпечаток, забытый в глянцевателе, когда ты заболтался по телефону. Который, к слову, стоял на тумбочке и фотографировать, конечно же, не умел.

Случайные снимки времен СССР

В нашем проекте мы попытались собрать как бы случайные, любительские снимки времен СССР. Автомобили и прочая техника, попавшая в кадр, не столько предмет нашего исследования, сколько часть мизансцены, позволяющая додумать сюжет, — все представленные в проекте фотографии были приобретены редакцией по случаю, и подлинная подоплека событий, запечатленных неизвестными фотографами, нам, конечно же, неизвестна. Но их ценность от этого не становится меньшей, потому что они — важная часть нашей визуальной культуры. На этих «проходных» снимках запечатлена жизнь огромной страны, по которой сегодня многие ностальгируют. Даже те, кто в силу возраста никогда в ней не жил.