Почему в СССР

Спецпроект «Фото на документы». Карточка №85

Все циклично, в том числе и в отношении людей и автомобилей. Сейчас, бывает, едешь по улицам Москвы, и вдруг картина: ходит человек вокруг машины и усердно снимает ее на телефон, будто это «Феррари» какая-то случайно в Гольяново заехала или, на худой конец, 21-я «Волга» материализовалась из времен, известных по фильму «Это нога у кого надо нога».

Но нет, автомобиль самый обыкновенный, из тех, что закрой на нем первичный половой признак производителя, шильдик с отображением марки, так сразу и не скажешь, что перед вами, какая из школ китайского автодизайна.

Просто человек пользуется каршерингом, а эта форма временного владения подразумевает определенный ритуал, как минимум — фотографирование состояния автомобиля «до» и «после». Чтобы чего лишнего не приписали или не повесили.

Владельцы обычных машин, что находятся в постоянной собственности граждан, смотрят на такую картину с чувством глубокого удовлетворения. Со своей машиной легче. Без прелюдий тронулся в путь, без постлюдий — есть и такое слово, что-то вроде «финалочки» означает — закончил поездку.

А когда-то было иначе — и было в стране с бесплатными квартирами, собаками-космонавтами и самыми гранеными в мире стаканами. На это раз у нас в рубрике «Фото на документы» с датировкой совсем просто. На зеленой машине талончик техосмотра с цифрой 1986. Это год прохождения процедуры. Скорее всего, даже не прохождения, а получения талона.

Ведь как было в то время, в середине 1980-х? Каждая машина раз в год должна была пройти техосмотр. И практически у каждого автовладельца имелся знакомый, который мог этот талончик достать. Какой-нибудь сосед Коля, Людкин муж. А в гаражных кооперативах таким медиумом, посредником между обычными водителями и высшими силами, мог выступать председатель. Он менял разноцветные бумажки Государственного банка СССР на заветные талоны, которые устанавливались под ветровое стекло и служили неким оберегом от сотрудников ГАИ. С талоном одним поводом для остановки становилось меньше, но полной гарантии, конечно, не давало.

Однако на дворе, смеем предположить, не 1986 год, а весна 1987-го. Деревья только покрываются листвой, а государственный номер на ВАЗ-2101 заканчивается на восьмерку, что значит — до окончания восьмого месяца, августа 1987 года, гражданин может ездить с прошлогодним талоном.

Обратите внимание на минимализм «копейки» — хотя это обозначение модели, одновременно ласковое и пренебрежительное, еще не вошло в обиход автолюбителей. Ни тебе боковых зеркал, ни дворников.

И зеркало — по крайней мере одно, левое, и щетки-дворники, водитель унес с собой. Вне зависимости от того, заехал ты домой пообедать на полчаса или оставил машину под окнами до следующего дня, щетки и зеркала требовалось снять — чтобы не украли. Умелым рукам на то, чтобы приделать к этим аксессуарам ноги, хватало отвертки и трех минут.

Впрочем, со щетками был лайф, как сегодня говорят, хак. Их без нужды вообще никто не устанавливал на машину. В порядке вещей было остановиться с началом дождя и нацепить дворники, сдвинув пластиковую защиту на поводках. На автомобиле, из которого сделан кадр, тоже щеток нет: дурных, как тогда шутили в рамках дружбы народов СССР, нема.

Немного на «копейке» и прочих аксессуаров. Могли бы хоть чертика из прозрачных медицинских трубочек повестить под салонное зеркало. Или вымпел какой. На худой конец, закрыть фары летающими тарелками: советские фрисби идеально, тютелька в тютельку, подходили для фар ВАЗ-2101, закрывая их от камней. Так, кстати, ездили — в слепошаром виде.

Правда, на руле видна оплетка. Одна из немногих советских доработок, у которой функционал был важнее эстетики. Тонкое рулевое колесо — кто его придумал, люди с крысиными лапками? — было совершенно неудобным, вот его утолщали разными способами: меховыми чехлами, ПВХ-трубками или плетенкой из разноцветной проволоки.

Остается открытым вопрос, кому нужно было тратить дорогую и редкую цветную пленку на кадр, не имеющий большой смысловой нагрузки. Возможно, действовал фотолюбитель, человек, владеющий искусством получения более или менее резких изображений. Такой мог и листики в осенней луже снимать. А потом печатать их по ночам, закрывшись в ванной.

А на телефоны тогда никто не фотографировал. Они были проводные, дальше соседней комнаты, не то что на улицу, не отнесешь. И без камер.

Сергей Нестерцев

Фото на документы

О проекте

Вся наша сегодняшняя жизнь детально зафиксирована. Снимками из космоса, камерами на подъездах и в общественном транспорте, гугломобилями и, конечно же, нами самими — почти у каждого есть смартфон, и сделать им снимок — вопрос нескольких секунд. С одной стороны, это здорово. С другой — не оставляет интриги, не заставляет напрягать ум, потому что все и так приблизительно знакомо и понятно. Тем ценнее сохранившиеся до наших дней снимки, сделанные, например, полвека назад. В те времена, когда фотография была весьма хлопотным и трудоемким процессом. Зарядить пленку, установить на камере экспозицию и только потом нажать на спуск затвора. И результат можно было увидеть только после того, как пленка была заправлена в бачок-улитку, а после родные стучали в дверь ванны — «ну, когда уже помыться можно будет?» — где при свете красного фонаря спроецированное громоздким фотоувеличителем на бумагу изображение проступало в кювете с проявителем. Но это еще не все. После был риск запороть отпечаток, забытый в глянцевателе, когда ты заболтался по телефону. Который, к слову, стоял на тумбочке и фотографировать, конечно же, не умел.

Случайные снимки времен СССР

В нашем проекте мы попытались собрать как бы случайные, любительские снимки времен СССР. Автомобили и прочая техника, попавшая в кадр, не столько предмет нашего исследования, сколько часть мизансцены, позволяющая додумать сюжет, — все представленные в проекте фотографии были приобретены редакцией по случаю, и подлинная подоплека событий, запечатленных неизвестными фотографами, нам, конечно же, неизвестна. Но их ценность от этого не становится меньшей, потому что они — важная часть нашей визуальной культуры. На этих «проходных» снимках запечатлена жизнь огромной страны, по которой сегодня многие ностальгируют. Даже те, кто в силу возраста никогда в ней не жил.